Трудно найти и невозможно забыть

Трудно найти и невозможно забыть

Трудно найти и невозможно забыть     

«Здесь царские места! Но не многие до нас доезжают… Здесь важно сердце открыть, очистить мысли, смотреть не глазами, а душой. Много попросите — много получите, мало — значит, мало. Учитесь просить». Такими словами напутствовал нас священник церкви в деревне Трутнево, что в 100 километрах от Пскова, показывая дорогу к пещере и почитаемому православными камню. По легенде, в нем остались отпечатки босых стоп Богоматери и маленького Христа.

Шел сильный дождь — казалось бы, не придумать погоды хуже для путешествия по северу Псковщины. Но, как говорится, никуда не денешься с подводной лодки: под шелест воды в тишине мы спускались к мелкой речушке, прекрасно понимая: это светлое путешествие по пасмурному краю запомнится надолго — и именно сердцу.

Трутнево

Трудно найти и невозможно забыть     

В поездку по маршруту Псков — Трутнево — Ветвеник — Гдов мы отправились вместе с экскурсионным центром «Троицкий». Нам повезло и с руководителем группы, и с участниками поездки, и особенно — с водителем. Его микроавтобус вывозил нас в самых, казалось бы, невывозимых местах. А ехать приходилось не только по плохо асфальтированным участкам, но и по грунтовке, и по песчаным насыпям, и даже по лесным тропам — иначе никак.

После остановки в районе деревни Спасовщина мы отправились к Трутневским пещерам. Священник местной церкви рассказал нам о том, как возникла традиция почитания этого уголка.

Лет 200-250 назад хозяин здешних земель помещик Трутнев решил построить мельницу, начал возводить плотину, но в один из дней строители, придя на место работы, с удивлением нашли разрушенным все то, что они до этого строили. Строительство было начато заново, еще более основательно. Однако история повторилась. Помещик, имея твердое намерение осуществить задуманное, в третий раз приказал начать строительство на том же месте, а по ночам организовать дежурство. Все шло успешно, пока в одну из ночей не раздался страшный грохот: плотина в мгновение рассыпалась. Мужики, выскочившие из засады, сначала не увидели никого, однако потом заметили, что по долине реки идет женщина в белом одеянии и ведет за руку младенца. Пройдя вниз по руслу до излучины речки, женщина и дитя вошли в стену ущелья. Утром о случившемся было доложено помещику. Придя к плотине, он увидел ее полностью разрушенной, как и в предыдущие разы. Вдруг кто-то из присутствующих заметил на одном из камней, лежащих в воде, следы. Один след большой, как от обуви взрослого человека, и несколько маленьких, младенческих, от босых ног, причем один из них такой четкий, что видны даже пальчики. Желая получить добрый совет, Трутнев обратился к старым людям. Те ему сказали, что, судя по последним событиям, строить на этом месте нельзя, потому что место святое, а женщина с младенцем была не кто иная, как Богоматерь с маленьким Христом.

Пещеру неоднократно пытались осквернить, во времена войны хотели взорвать, позже камень сталкивали в воду, но его удалось поднять на поверхность. Рассказывают о множестве случаев исцеления у Трутневских пещер, нам священник рассказал о жительнице Сланцев Нине, которая приезжала сюда в 75 лет и даже собиралась сесть на шпагат, дабы показать отличное физическое состояние — священник ее остановил в этом порыве. Шутки шутками, но во время обвала шахты Нина получила тяжелейшие травмы, которые удалось исцелить благодаря паломничеству к пещерам и камню.

Трудно найти и невозможно забыть     

Вспомнил батюшка и профессора оксфордского университета, которая приехала как-то сюда на исповедь. Рассказывает: «Отслужили молебен, спустились к стопе Богородицы. Поднимаемся наверх и чувствую: сверлит меня взглядом. Спрашиваю — что не так? Она отвечает, что у нее голова не болит. Я ей — «Так это ж нормально». Нет, говорит, нормально, когда болит постоянно».

Трудно найти и невозможно забыть   

Трудно найти и невозможно забыть     

Вот уже 250 лет в шестую пятницу после Пасхи сюда идет крестный ход — 9 км, по лесам и болотам, там, где пройти не всякому под силу — если только спортсмену. В том, что это именно ХОД, сомневаться не приходиться — машиной сюда не доедешь, основной вид транспорта здесь — лошадь и трактор.

Трудно найти и невозможно забыть     

Раньше приходили до тысячи человек, сейчас меньше, но любому желающему рады — только советуют одеться, а еще — физически и духовно подготовиться: крестный ход начинается в 6 утра. Традиция крестных ходов прерывалась только в советское время, когда в 50-х милиция выставила кордоны.

Трудно найти и невозможно забыть     

Трудно найти и невозможно забыть     

Но лет 20 назад крестные ходы были возобновлены стараниями местного батюшки. Он рассказывает об этом событии с какой-то особенной задушевностью: «Шли через деревню Сидоровщину. Вдруг видим — на залитом солнцем поле, в свежей зелени стоит стол, покрытый белой скатертью — а на ней — свежий хлеб. Жительница деревни сказала, что думала-думала, как нас встретить — и решила испечь. Я на всю жизнь помню это — как мы идем под запах ладана и хлеба»…

Ветвеник

Трудно найти и невозможно забыть     

Следующая наша остановка — Храм апостолов Петра и Павла в деревне Ветвеник. Мы очень устали: песчаная дорога, изрытая дождями и внедорожниками, — то еще испытание для 10 хрупких псковских дам, двух сопровождающих и Мерседеса, хоть и Спринтера.

Мы заходим в церковь, на все лады склоняя «ужасную погоду» и вдруг слышим: «Дождь нужен. В озере сейчас на поверхности выглядывают камни, которые должны быть покрыты водой. По моим наблюдениям, уровень воды опустился сантиметров на 60, а это плохо».

Трудно найти и невозможно забыть     

Отец Константин — именно он встретил нас в храме — рассказывает нам о богатейшей истории края, храма. В его словах звучит такая любовь, гордость и неподдельный интерес, что не в каждом жителе областного центра найдешь…

Трудно найти и невозможно забыть     

Большинство церквей на берегу озера построены во имя апостола Петра, покровителя рыбаков, или св.Николая, почитаемого путешественниками-мореплавателями. Есть, конечно, исключения, но крайне редкие. Храм Петра и Павла в Ветвенике из-за сильных ветров в былые времена нередко просто сдувало. Очень просто: с вечера стояла колокольня на месте, а утром просыпаешься — ее уже нет.

Трудно найти и невозможно забыть     

В результате к 1907 году обустроили регулярный храм: фундамент заложили из валунов Чудского озера, а кирпич делали на местном заводике из местной же глины. После революции храм закрыли. Службы возобновились с приходом в эти край фашистской оккупации. «Не знаю, что бы я делал в те годы на месте священников, которым предлагали служение. С одной стороны, это гитлеровцы, с другой, если призван Богом — не можешь не следовать служению. Думаю, меня бы сразу расстреляли. За мой язык», — смеется священник. Действительно, манера говорить у него особенная — искренняя, остроумная (вообще заметила, что у священников Гдовского района исключительное чувство юмора).

Лишь в 1992 году храм возобновил свою нормальную работу. Но для начала потребовалось восстановление иконостаса и реставрация. «Храм достался нам без икон, голые стены. Наш иконостас находится сейчас в Троицком соборе в приделе Александра Невского, — объясняет отец Константин. — Существует два типа икон — академическая и каноническая. Яркий пример первой — иконы Рублева. Каноническая икона в большей степени похожа на фотографию. Наш иконостас выполнен в академической манере. Написали его раб божий Павел и раб божий Георгий в перерывах между запоями. Если б не пили — могли бы не хуже Рублева рисовать. Есть иконы, которые написала жительница поселка, наш учитель рисования, член Союза художников РФ Валентина Трофимова. В Пскове проходила как-то выставка ее работ, и я увидел реакцию людей на них. Они плакали, глядя на них, говорили, что сердце благодаря картинам оттаяло. Простые работы: например, избушка и столб фонарный, и в избушке светится окно. И понимаешь, что кто-то тебя там ждет»…

Еще одна икона — Дмитрия Солунского — попала в храм не иначе как чудом. После революции, когда храм закрывали, одна из жительниц поселка забрала эту икону домой. Потом поняла, что это, скорее, большая проблема, и решила ее схоронить — в подвале. Но все, кто живет на берегу озера, знают, что в подвале хранить ничего нельзя: очень близко грунтовые воды. Тогда предприимчивая селянка, не знакомая никаким образом с техниками консервации культурных ценностей, взяла пачку дуста, газету «Правда», сварила клейстер, и обклеила икону на манер папье-маше. Икона сохранилась до наших дней в целости и невредимости.

Отец Константин служит здесь уже 22 года. За это время не только церковь отреставрировали, но и построили с участием инвесторов для детей школу — по образцу той, что была здесь когда-то, обустроили дом для учителей, общежитие для детей, которые приезжают сюда учиться (дело в том, что обычная общеобразовательная школа в Ветвенике была закрыта из-за малочисленности. По сути, церковно-приходская частная школа стала спасением для окрестных ребятишек).

Трудно найти и невозможно забыть     

«Нам сейчас катастрофически не хватает образованных учителей, — говорит батюшка. — Причем образованных — то есть способных следовать образу Божию. Особенно не хватает мужчин. Такое ощущение, что война продолжается. Даже на девятое мая детей в колонну строила женщина. Если есть желающие послужить — милости прошу к нам».

Гдов

Гдов, к сожалению, мы видели преимущественно из окна микроавтобуса. «Льет весь день, как из ведра», — посетовала позже местная старушка, которая одиноко ждала на автовокзале свой автобус неведомо куда.

Самым ярким впечатлением от этого города с населением в 3500 человек, пожалуй, стала директор Гдовского музея истории края Надежда Леонидовна Сингатуллова, ее рассказ о доблестной защите города в годы Великой Отечественной войны и о совершенно удивительном человеке — протоиерее Михаиле Женочине, скончавшемся 10 лет назад. Именно благодаря ему в числе прочих в Гдове сегодня стоит Собор Державной Божией Матери. До войны в Гдове было 6 православных церквей, католический храм, синагога. Но оккупация по сути сровняла город с землей (он был разрушен на 96%).

Так выглядит Собор Державной Божией Матери в Гдове в солнечную погоду Так выглядит Собор Державной Божией Матери в Гдове в солнечную погоду     

Таким увидели мы его в дождь Таким увидели мы его в дождь     

Отец Михаил в 80-е годы начал служение в церкви в Кярово, родовом имении графов Коновницыных. Знакомясь с приходом, он удивился, почему церкви нет в районном центре. Начал хождения по инстанциям с просьбой восстановить храм. Благодаря поддержке многих известных людей, в том числе известного псковского писателя Валентина Курбатова, власти приняли решение восстановить храм на старом фундаменте. Благословил священника и старец Николай Гурьянов: когда отец Михаил приехал к нему на Талабы, тот, не зная ничего о проекте, при встрече неожиданно для всех спросил: «А храм-то во Гдове строится?»

Отец Михаил Женочин и старец Николай Гурьянов. У домика батюшки Николая Отец Михаил Женочин и старец Николай Гурьянов. У домика батюшки Николая     

Но время было непростое: конец 80-х. У людей на житье-бытье денег не было — не то что на строительство церкви. Но и деньги нашли. Помогли многие. Средства пожертвовал Псково-Печерский монастырь, город Остров, церковь Архангела Михаила села Кобылье Городище, архиепископ Владимир, нынешний митрополит Санкт-Петербургский, граф Андрей Стенбок-Фермор из Парижа, настоятель Никольского храма в Любятово прот. Владимир Попов. Самую большую материальную помощь оказал архимандрит Лев (Дмитроченко). Он передал на строительство все средства, которые скопил за долгие годы служения. В общей сложности возведение храма (строили его 12 украинцев) ушло 970 тысяч советских рублей. Так храм восстал из небытия.

Трудно найти и невозможно забыть     

Перед самой смертью отец Михаил прочитал проповедь, в которой, словно предвидя скорый уход из жизни, он говорил, что для верующего человека смерть не страшна и не является бессмысленным, трагическим концом бытия. Кульминацией проповеди стали слова о. Михаила: «Наша вера радостная!» Они же стали названием книги воспоминаний о нем, изданной друзьями и прихожанами священника.

Экскурсия с Надеждой Леонидовной Сингатулловой Экскурсия с Надеждой Леонидовной Сингатулловой     

«Это был удивительнейший человек, — призналась наш экскурсовод. — Он вырос в Ленинграде, но воспринял Гдов не как ссылку, а как честь. Он всегда с уважением упоминал о тех, кто строил крепость, переживал, что кто-то ее разрушает. Он говорил нам: «Я здесь до конца». Так и получилось. Он реализовал себя в возведении храма, дома причта, в книге, в еловой аллее. Мы продолжаем его дело: недавно был воссоздан и установлен бюст Александру II. Это воплощение замыслов отца Михаила».

Трудно найти и невозможно забыть     

Удивительная земля и люди — их действительно невозможно забыть и, что греха таить, добраться до них достаточно трудно. Главное, чтобы в эту формулу с течением времени не вкралась еще одна формулировка из соцсетей — «легко потерять».

А такая опасность есть. И речь здесь не только о состоянии дорог в Гдовском районе. Легко потерять можно Гдовскую крепость, которая в свое время считалась одной из самых хорошо сохранившихся. Местные жители надеются только на 2023 год — может быть, хотя бы 700-летний юбилей замотивирует на активные действия по реставрации этого памятника. Тревогу вызывает и состояние памятников гражданской архитектуры XIX века. Например, разрушающийся дом купца Фомина. Средств муниципалитета не хватит на то, чтобы восстановить это красивое здание из красного кирпича. О бедности города, кстати, еще Екатерина II насмешливо сказала: «А в Гдове даже воров нет, потому что воровать нечего».

Трудно найти и невозможно забыть     

Будем надеяться, что интерес туристов, которые все больше узнают об интересных уголках Псковской области, стимулирует власти более внимательно отнестись к культурному наследию. В той же Грузии, например, к разместившемуся высоко в горах монастырю Степанцминда постоянно курсируют маршрутки, заполненные желающими прикоснуться к святыням православной Грузии. Думается, и у Псковской области есть немало поводов для подобного оживления.

Поделиться ссылкой:

Автор: Romon